Выставка “Оттепель” в Третьяковке поразила масштабом

фoтo: Ксeния Кoрoбeйникoвa

В цeнтрe кoмнaты xoтeли устaнoвить бaссeйн, нo нe пришeл из-зa технических причин. Но, как оказалось, собрать из 23 (рекорд для галереи!) музеи и 11 частных коллекций около 500 экспонатов. Вопрос, конечно, не в количестве (в время “оттепели” на выставках и по 3000 фотографий показывает,), а также вещи и грамотной развеске. Куратор экспозиции во главе с Кириллом Светляковым ненавязчиво и приятно для глаз удалось поставить примерно равное количество живописи, графики, скульптуры, декоративно-прикладного искусства, фотографии, фрагменты фильмов, документов, предметов повседневного…

Тон диалога, и “оттепель”, прежде всего, характеризуется возможность повторить, устанавливается при входе в экспозиционный зал. На трехметровом экране параллельно прокручивают производительность из фрагментов знаковых для своего времени фильмы: “Приходите завтра”, “Дайте жалобную книгу” и “Шумный день”. Скульптору (Папанов) разделяет свои работы, Табаки камень рубит мещанскую мебель, а студент-архитектор отказывается от старого выглядит.

Казалось бы, далее должен появиться дивный новый мир, но организаторы играют на контрасте, и отправляют нас в мрачный коридор. Это одно из семи тематических разделов выставки, под названием “Разговор с отцом”, где речь идет об этой возможности узнать правду о войне и лагерях. Так что — никакая воины Неизвестного и Сидура, портрет Шаламова, рамки для спектакля “Мой бедный Марат” в режиссуре Анатолия Эфроса, где очаровательная Ольга Яковлева наливает в стакан воды, Александру Збруеву. Здесь громоздится бюст Солженицына, в котором скульптор Нисс-Гольдман отражает разочарование писателя, несправедливо отсидевшего восемь лет в лагерях.

Может, дело в черном коридоре? В следующем белом пространстве Солженицын на рисунке, очень интересный, мокнет под дождем, в ворота “Нового мира”, где Твардовский по личной рекомендации Хрущева, был опубликован “Один день Ивана Денисовича”. Здесь, в зоне, “Лучший город на земле”, почти все радуются: на полотнах, фотокарточках, плакатах, экране… Смеяться Любимов, Ростропович, Магомаев, хохочет Михалков, шагая по мокрой Москве и юркая между однотипными домами.

Сфера массовой хрущевской здания от центральной точки экспозиции — площадь Маяковского. Отсюда открывается архитектурное решение Владимира Плотникова — строительство выставки в формуле-города с радиально-кольцевой системы. Стройные песни разделяют десятки подобных стены и стеллажи, похожие на хрущевки. Все в ч/б: после Неизвестного и его известные скульптуры дизайнеры решили перенести дуализм эпохи.

Некоторые любят комфорт модернизированном жилом районе Новые Черемушки, пить чай из сервизов Ленинградского завода, фабрики, пользуются пылесосы “Сатурн” и тканей морских оттенков ситценабивной фабрики. Платье в элегантный наряд Зайцева, а за зонтики и другими добавками идут в ГУМ, который предоставил редкие кадры свои витрины этих лет. В отпуск с удовольствием, на берегу черного моря, о чем свидетельствует яркая керамическая серия скульпторов Ольги Рапай.

В это время другие, типа Рабина и Кабакова, прогнать тараканов и мух в коммуналках и бараках. Возятся в грязи, прокладывая железную дорогу и удается следующим квартир, как на рисунке Пименова. Осваивая целину, были возведены Братскую ГЭС, добывают нефть на Севере, в этом недоедают, недосыпают, промывают в соленой воде. Все это запечатлели художники сурового стиля: Салахов, Андронов, Павлов… Через нарочитую грубость рассказывали они правду времени.

А она такова, что СССР соревновался с США в почти все, от оружия и места, до архитектуры. Тогда на месте храма Христа Спасителя построили бассейн и начали строить кинотеатр с подиумами для международных фестивалях. А строительство широких проспектов вообще хотели не только утереть нос нью-йоркским авеню, но и вписываться в мировую географию. Что случилось с Новым Арбатом, который стал побратимом главной улице слишком много послевоенных Рио.

Выставка через плакаты, графики, архивные документы передает все это без дополнительных сборов и скидок. Хотя некоторые арт-критики обвинили Третьяковку в отбеливании и частично искажения реальности. Конечно, легко судить тем, кто живет не в “оттепель”. Те же очевидцы (Таир Салахов, Зоя Богуславская, Мариетта Чудакова и другие), которые в день открытия, одобрила проект, в первую очередь, для объективности. И это говорит о многом.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.