В театре Моссовета по Достоевскому пришли с украинским уклоном

фoтo: Сeргeй Пeтрoв
Aглaя — Aннa Миxaйлoвскaя, князь Мышкин — Aнтoн Aнoсoв.

“Идиoт” Юрий Eрeмин стaвит в трeтий рaз. В 1984-м, кaк главный режиссер тогда еще Центрального театра Советской Армии, он сделал ставку на Аристарха Ливанова, а потом пригласила Бориса Плотникова в роли князя Мышкина, привлекаем со стороны Людмилу Чурсину на Настасью Филипповну, в котором он увидел опаленную красоту. Спектакль продержался в репертуаре тринадцать лет. Двадцать лет назад Еремин поставил “Идиот” в Таллинской русской драме. И вот снова вернулся с ним в Москву, став не только режиссером, но и сценографом спектакля.

Каждый раз удивляет универсальность Достоевского. Куда только не забрасывала судьба его героя. Князь Мышкин и Настасья Филипповна жили в послевоенной Японии от Куросавы, они поселились в церкви в радикально-эстонском фильме Райнера Сарнета, что не помешало семье Епанчиных превратить в коллекцию вульгарной куклы. Настасья Филипповна осталась святой, пусть и в коктейльном платье, но увековеченная на оклад православной иконы. Стать ли героев Достоевского ближе и яснее, что современный потребитель, запросы, которые иногда берут верх над здравым смыслом и чисто художественными задачами?

С нашей общественности, происходят постоянные метаморфозы. Даже в темноте зала зрители не могут оторваться от мобильных телефонов, постоянно говорит, как, что сидят дома перед телевизором. Аудитория как что вдумчивая и пытливая, обсуждают тонкости толкования, на основе сериального знания Достоевского. Чувство элитарности зала в москве премьера полностью уходит из нашего обихода. Просвещенной публики становится все меньше, а тот, что приходит, рады все, что ей предлагает, только бы видеть известных художников.

фото: Сергей Петров
Настасья Филипповна — Екатерина Гусева, Парфен Рогожин — Захар Комлев.

Сценография является, с одной стороны, минималистична, так что достаточно стульев для желаемого состояния, а с другой-оставляет чувство неловкости и, что лучше соответствует концепции “у бездны на краю”. Уходящие под бары двери рая или ада разверзнутся, и в облаке дыма, из узкой щели появятся, князь Мышкин. Добро пожаловать в русский мир! Это вам не Швейцария. Как появляется, так и исчезает, проходит в родной стране все круги ада. Молодой и способный актер Антон Аносов игра Мышкина заикой, нелепым, но искреннее существо. На вид ему 26-27 лет, как у Достоевского. И это лучшее, что есть в этом спектакле, хотя это слишком сложно, шаржируя безумие своего героя. Трудно быть заикой и припадочным, чтобы показать через несколько часов пациента и юродивого.

Овальный портрет Настасьи Филипповны напоминает подъемник снимок, хотя крепится не на крест, а не на надгробному памятник, а на вешалке в доме Епанчиных. Но такое чувство, что эта вешалка с погоста. Так, будет проведена заочная встреча с Настасьей Филипповной. Ее играет Екатерина Гусева (в другом составе — Юлия Хлынина) — роковая красотка априори, гранд-дама этого спектакля. Она недосягаемая, возвышается, как на пьедестале. На фоне неказистого Мышкина выглядит умудренной и пожившей, на 25-летнюю не тянет, и, когда тянула на нашей сцене. Но именно так многие и представляют себе Настасью Филлиповну. Достоевского для этого читать не обязательно. В голове и без того сидят собственные архетипы. “Идиот” Владимира Бортко многие смотрели по телевизору, очевидно, не читают, и это чувствуется на входе в зал, живо реагирующего на реплики персонажей. Многие их слышат в первый раз.

Захар Комлев в образе Парфена Рогожина — именно такой Парфен, как мы его привыкли видеть: безудержный, косматый медведь, миллионера в тулупе. До роковой красавицы, как Настасья Филипповна Гусевой, он не может обратиться во веки. Только и остается, что убить себя. Аглая и Александра — девочки, не способен принести никакого интереса, даже у такого забитого существа, как Мышкин. В них нет ни жизни, ни резвости, куда вообще подевалась его тело.

Неожиданно примечательной особенностью новой версии “Идиота” население Иволгиных, официальный Фердыщенко. Вот уж действительно — ли можно жить с такой фамилией? Всем своим видом, Владислав Изгиб рисунка ей соответствует, показывает украинца в вышиванке, говорит, видимо, подчеркнуть, мелодикой речи. О псевдоукраинской интонации он, правда, периодически забывает, заменяет его а-ля прибалтийской. Не становится русский, как и все остальные. И правда — клоун горошек. Чист, как лист аудитория будет ура смешные Фердыщенко.

В свеженькой рождество комедия “Против всех правил” Виктора Демента среди захватил в банке заложников есть украинец дядя. Не в вышиванке, но с утрированными национальными чертами. Говорит с мягким напевом, сильно подчеркивает, откуда он родом. Привнесен в число персонажей для комиксов цвета, и народ в зале ликует, глядя на него. В общем, нарождается новый типаж в российском искусстве, как и в анекдотах про еврея, немца и русского. Теперь и о украинца.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.