Израильский режиссер поставил в Малом театре пьесы Фридриха Дюрренматта

Сцeнa из пьeсы “Визит стaрoй дaмы”. Фoтo: maly.ru

Пустoй пeррoн, нeскoлькo бeднeнькo oдeтыx людeй с трaнспaрaнтoм: “Дoбрo пoжaлoвaть, нaшa Кларочка!”. В какой-то момент решили — слишком фамильярно, и перевернулся плакат, с другой стороны, на которой написано: “Добро пожаловать, госпожа Клара Цаханассьян!” — так в первый раз показать себя двуличная природа население города, подстраховавшихся на все случаи жизни. В то время как мимо проносятся поезда, герои переговариваются, рассказывая историю города Гюллена, города, где “подал Гете” — и теперь переживающего кризис, разруху и безденежье. Именно здесь, в город-банкрот, и возвращается бывшая жительница Гюллена — миллиардерша Клара.

Народные * России Людмила Титова, которая в спектакле главную роль, появляется перед аудиторией, не столько человек, сколько функция — взбалмошной богачкой, привыкшей к запасам-денежные отношения. Сначала на большом экране-заднике появляется ее наиболее видные тени, а затем и она сама — женщина, забирающая души, воплощенное возмездие, не знающих пощады. “Мир превратил меня в шлюху, я превращу его в бордель!” — утверждает она. И имеет на это право — 45 лет, бывший возлюбленный Клары, Илл, предал его, не признавая их общего ребенка в суде, и тем самым обрек его на путь проституции. А теперь старая дама вернулась, чтобы добиться справедливости.

История любви, замешанная на мести, внезапно оказывается поистине гоголевской комедией. Трагическая часть уходит на второй план, давая комедийной разыгрывать мизансцены и показывает персонажей на сцене, в пользу общественности. Так появляются кастрировать Кобби (Виктор Бунаков) и Лобби (Михаил Фоменко), до боли напоминающие Бобчинского и Добчинского, а также личные охранники Клэр — “двое из ларца”, Роби и Тоби. Совершенно гоголевский персонаж, и сам Бургомистр (Александр Клюквин) — чем не гражданин? И эти люди должны вершить чужие судьбы! Неудивительно, что, когда миллиардерша ставит жителей города, их состояние — “чек на миллиард за смерть предателя”, все приходит в ужас, не желая стать палачами, но, как часто бывает, решение быстро меняется. И через некоторое время люди поймут, что смерть одного — хорошая плата для счастливой и комфортной жизни других. Морально-нравственного выбора терзается, кажется, что только учитель в исполнении Владимира Носика. Но его пылкие речи тонут в гуле толпы — невозможно защитить того, кто осудил себя ошибками прошлого.

Вероятно, самая большая проблема этой постановки в том, что здесь нет героев, которым можно сопереживать, — все они, как куклы в режиссерских руках. Если подумать о том, Дюрренматт написал свою пьесу как трагикомедию, в которой драма женщины, пережившей предательство. Женщины, любившей и любви на всю жизнь только одного человека — того, кто его уничтожил. И на примере одной истории — от частного к общему — Дюрренматт вскрыл целый пласт человеческих отношений, в мире, где ценны только деньги. Так и в спектакле — постепенно пронизывает жителей Гюллена, то с части одежды, а затем со светом софитов — золото, становится главной движущей силой, оправдывающей любое преступление, общества, заболевшего “золотая лихорадка”.

История одного человека (45 лет назад выпустила свою любимую жену из-за выгодно женится) показать историю всего общества — общества, стремление к наживе, способен убить и принести в жертву, либо из-за красивой жизни. И если это логично, зрительские симпатии должны были оставаться на стороне Клары, женщины, судьба, которую переломал страстно любимый его человек, это не происходит — трудно сочувствовать карикатура. Единственный живой персонаж, на удивление, оказалось, Илл в исполнении Василия Бочкарева — жалкий, уничтоженный временем и растоптанный собственным бессилием, плаксивым и трус. Только его характер меняется во время выступления — от бывшего палача, он становится жертвой.

Что касается персонажа, то в ней не чувствуется трагедии, даже в неудавшейся сцены убийства (в сцене в лесу), где перешли на безумие, Илл, целует, душит Клару, — нет ничего из этого. Как героиня фильма “Смерть ей к лицу”, она восстает из мертвых, таких, как механическая кукла — невредимая и бездушная. Не женщина, а капиталистическая машина для убийства. От режиссера Ронена многое невсамделишно, как не настоящий лес, — трагикомедия без трагизма, что бы не плакали, но были возмущены.

А дальше все происходит молниеносно: герой приговорят к смерти с немедленным исполнением. И не важно, какова цена предательства. Разоренный город окажется заваленным деньгами, а все из-за одного — что персонаж может взять с собой того, кого она любила. Пусть мертвым, уничтоженным лежит в могиле — но, принадлежит теперь только ей. В финале все начинают place, но звуки рожка Illa заставляют жителей замереть в недоумении — режиссер решает финал, как гоголевскую немую сцену в действии.

Четкие замечания тех, кому важна драматическая составляющая и драматические чтения, но, может быть, смех является намного более мощным оружием против нашего общества? Еще Гоголь это знал. А может, и Дюрренматт?..

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.